У Павла и Ирины трое кровных детей и приемная дочка Катя с особенностями развития. Пока супруга обеспечивала семью, все заботы о детях и сложная реабилитация Кати легли на плечи Павла.
Запрос Павла был честным и очень болезненным: «Я начинаю злиться на ребенка. Я выгораю. Помогите, иначе я сорвусь». За проявленным раздражением стояли размышления о «пожизненной кабале» и страх собственной слабости.
В детстве Павлу запрещали быть слабым, требуя быть «правильным и сильным». И теперь он подсознательно злился на маленькую Катю за то, что ей можно просить о помощи и быть беспомощной, а ему — нет.
Постепенно, в работе с психологами, Павел преодолевал образ «каменного воина» и раскрывал в себе качества живого, заботливого отца. Он понял: его раздражение — это не злость, а крик о помощи его собственного «внутреннего ребенка».
Павел был готов меняться, чтобы сделать шаг навстречу дочери и самому себе.
Сегодня Павел и Ирина посещают ресурсную группу. Павел перестал видеть в Кате символ своей усталости — теперь перед ним просто ребёнок, чьё сердце просит любви.